Не по средствам живем

ЧТО ЖДЕТ РОССИЮ, ЕСЛИ СТРАНА ПРОДОЛЖИТ ДВИГАТЬСЯ ПО ГРЕЧЕСКОМУ ЭКОНОМИЧЕСКОМУ МАРШРУТУ?

Вот уже 60 лет Европа ставит уникальный эксперимент: строит единую сильную державу из суверенных стран. Причем впервые подобная попытка осуществляется не за счет применения военной силы и принуждения, а добровольно, эволюционным путем. Дорога к современному Евросоюзу оказалась долгой. Да и до гипотетического появления единого государства по-прежнему остается еще лет пятьдесят. Как бы то ни было, принятая на вооружение стратегия не меняется. Несмотря на постоянно возникающие препятствия и даже тактические отступления.

Первый шаг был сделан в 1951 году с появлением Европейского объединения угля и стали. Важ-нейшим событием следующих десятилетий стало введение единой европейской валюты — евро. Старт этому процессу дал кризис, разра­зившийся в 70-х. Страны Западной Европы уже в ту пору были весьма тесно объединены экономическими связями, так что свободное плавание валютных курсов оказывалось крайне невыгодным для всех. Так в 1972 году возникла «Европейская валютная змея» (колебания курсов национальных валют не должны были превышать 2,25% по отношению друг к другу). Но вскоре выяснилось, что «змея» может успешно применяться лишь государствами с сопоставимым уровнем экономического развития и незначительными отличиями платежных балансов. К концу 70-х стало ясно: нужно модернизировать систему валютного регулирования.

В 1979-м заработала Евро­пейская Валютная Система. Основу механизма ЕВС составляли три элемента: европейская валютная единица (экю), режим совместного колебания валютных курсов («суперзмея») и, наконец, Европейский фонд валютного сотрудничества. В таком виде конструкция просуществовала до введения евро, заменившего экю, а затем и национальные валюты стран еврозоны.

Нынешний экономический кризис в одной из стран объединенной Европы вовсе не означает ликвидации основных элементов сформировавшейся экономико-политической системы. Да, отдельные элементы, возможно, будут перестроены. Но евроинтеграция продолжится. Несмотря на будущие кризисы и неизбежный поиск обходных путей.

Как бы то ни было, сегодняшнее состояние Греции весьма показательно, поскольку иллюстрирует очевидные проблемы, возникшие на пути формирования единого европейского экономического пространства. Эта страна первой довела до абсурда постиндустриальный общеевропейский социализм. Проще говоря, греки жили не по средствам: отсутствие серьезной промышленности сопровождалось мощным развитием профсоюзов, а принятые на себя властями социальные обязательства не подкреплялись поступлениями в бюджет. Кроме того, следует отметить еще и привычку трудящихся кидаться булыжниками вместо того, чтобы наладить спокойное обсуждение проблем.

Уроки для России

России следует извлечь уроки из греческого кризиса. Сегодня наши руководители много говорят о социальных обязательствах, хотя эти обещания заведомо нереальны для страны с нашим уровнем развития. Мало того, их выполнение существенно наращивает риски неблагоприятных сценариев. В том числе — «греческого». Принятые сегодня решения — бомбы замедленного действия. И разминировать эти опасные заряды нам все равно придется.

Нынешний социально ориентированный бюджет — сильнейший тормоз развития нашей страны. Лозунги в духе «отобрать и поделить» уже не раз осуществлялись в России. Это грабли, на которые мы уже наступали. Неужели хочется еще раз получить по лбу?

Социальная ориентированность бюджета сегодня — чистой воды российский популизм в действии. Можно, конечно, запретить называть грабли (популизм) граблями во всех СМИ. И даже в приватных разговорах. Но стоит помнить: наступив на «это», мы тут же хватаемся за голову. Впрочем, если хочется новых ощущений, можно вдвое укоротить черенок…

Давайте смотреть на вещи трезво. Россия находится на 50–70-м месте в мире по уровню развития. А значит, и уровень социальной защищенности может быть зафиксирован на таком же уровне (если обходиться без насилия над экономикой и людьми). В условиях роста чиновничьей орды и армии других бюджетополучателей все работающие вынуждены платить возрастающий объем налогов. Так подрываются основы эффективного труда, в том числе возможность быстрого рыночного роста доходов. А это, в свою очередь, «замораживает» развитие. Число бюджетополучателей и размер выплат в их пользу дальше расти не могут. Химеры должны уступить место прагматизму. Иначе — крах.

Требуется неимоверная политическая воля, позволяющая приступить к разумным действиям в экономике и социальной сфере. Но пока государство продолжает делать ставку на популизм, сопровождаемый весьма недружественным отношением к бизнесу. Схема отношений государства с налогоплательщиками известна: примерно 80% налогов выплачивается юридическими лицами и лишь 20% — физическими. Тем временем в развитых странах все наоборот: примерно 70–80% налогов платят граждане и лишь 20–30% — компании. И в этом заложен глубокий смысл. Граждане гораздо более осмысленно относятся к налогам. Ведь любой призыв к росту госрасходов человек немедленно проецирует на себя: «Сколько новых налогов с меня соберут?»

Во всех странах налоги составляют примерно 80% госдоходов. Любое их увеличение — это усиление налогового бремени. Ведь других источников доходов у государства почти нет. Вот тут-то и должен включаться защитный клапан: как только становится известно, что государство собирается что-то «поддерживать», кому-то «помогать» (например, повышать пенсии), значит, деньги оно возьмет именно у граждан, в виде налогов. И в какой-то момент гражданам это перестает нравиться. В итоге меняются правящие партии, уходят в отставку правительства, пересматриваются планы развития — работает обратная связь.

В России же возникшая система до сих пор маскируется гримасами социализма: налоги в основном платят юрлица, что позволяет рассказывать людям сказки о низком уровне налогообложения в стране.

На Западе человек получает деньги, а затем (сам!) платит налоги. Заработав, скажем, две тысячи долларов в месяц, восемь сотен придется отдать в бюджет. В итоге на жизнь останется тысяча двести. Все четко и ясно. Таким образом, любое увеличение бюджетных расходов человек немедленно ощущает на себе, а занимаемая им гражданская позиция приобретает ярко выраженную экономическую окраску. «Голосуя за увеличение госзатрат (на пособия безработным, пенсии и т. п.), лично я готов расстаться еще с парой сотен долларов, так что в моем кошельке останется всего тысяча».

В России работающий может получать ту же самую тысячу долларов, но при этом не имеет ни малейшего понятия, сколько денег у него уже отобрали в виде налогов. В лучшем случае он знает об «очень низком» подоходном налоге в 13%. На самом же деле для того, чтобы заплатить человеку эту тысячу, работодатель должен был, кроме упомянутых 13% подоходного налога, перечислить в бюджет множество других выплат. Прежде всего взносы в социальные фонды — 34%. И вот уже получилось почти 500 долларов. А ведь, помимо «зарплатных» налогов, с работодателя требуют и другие — налог на прибыль (20%), НДС (18%), налог на имущество…

Обычный человек этого не видит. Он получил свою тысячу долларов и не знает, что еще почти столько же отобрало государство. А потому ругает «плохого» и «жадного» работодателя, попутно голосуя за мудрую власть. Ведь государство постоянно «заботится» о человеке: непрерывно создает новые чиновничьи конторы, повышает зарплаты бесчисленным бюджетникам и наращивает расходы. Для чего все больше денег отбирается у самых работящих.

Хлеба и зрелищ!

Специалисты давно говорят о необходимости изменить акценты в российском налогообложении, сделав ключевыми плательщиками не юридических, а физических лиц. Однако чиновники не хотят слышать этих доводов. Ведь в таком случае придется честно отвечать перед электоратом, куда и на что потрачены заработанные людьми деньги! И есть опасение, что ответы могут совершенно не устроить избирателей.

Пока же государство по-преж­нему изымает огромные суммы «за кадром». А такой порядок очень удобен госаппарату. Ведь граждане не видят, сколько денег у них отбирают. А значит, и не требуют ответа, на что именно, а главное — насколько эффективно эти средства расходуются.

Увы, налоговый гнет в России только усиливается. В июле было объявлено, как именно планируется изменить систему налогообложения с 2012 года. Ставки социальных платежей вроде бы снизятся
с 34 до 30%, но… одновременно будут повышены за счет дополнительных платежей в размере от 7 до 10% с зарплат, превышающих 45 тысяч руб. А в эту категорию попадает ныне почти 10% граждан. Вместо снижения нагрузки на бизнес произойдет... ее очередное увеличение!

В Москве средняя зарплата составляет как раз около 45 тысяч рублей. Эксперты уже посчитали: среднее предприятие с численностью сотрудников от 100 до 500 заплатит налогов на 20–30% больше, чем в 2011 году! При этом чем более высокотехнологичным бизнесом будет заниматься компания (а значит, чем более квалифицированный персонал придется содержать), тем существеннее окажется рост налоговых отчислений.

По сути, планируется очередное чудовищное решение, подтверждающее: государство по-прежнему пытается решать все проблемы за счет «доения» бизнеса. Зато дыра в Пенсионном фонде будет заткнута. Временно. Ну а если она образуется вновь (что непременно случится), то «зарплатный» порог можно будет снизить до 35 тысяч рублей. Тем самым окончательно убив саму идею предпринимательства, официального найма квалифицированных кадров и ведения «белой» бухгалтерии.

В то же самое время непопулярные, но давно уже необходимые решения постоянно откладываются. В частности, повышения пенсионного возраста нам все равно не избежать. По этому пути уже идут сегодня многие страны. В том числе Молдавия, Казахстан, Грузия, Украина, государства Балтии. Причем ясно, что делать это необходимо как можно раньше, чтобы обеспечить по возможности плавный переходный период. Кроме того, в своих социальных программах России нужно ориентироваться не на Европу, а на страны вроде Мексики и Бразилии, находящиеся примерно на том же уровне экономического развития. И, конечно же, необходимо постоянно помнить о том, что случилось в Греции!

Реальный (а не бытующий в мечтах) уровень развития страны определяет многое. Россиянам пора осознать объективную реальность и признать: наша страна не входит в число мировых экономических лидеров. Так что пора бы отбросить пафос и смириться с нынешним положением вещей. Иначе риск краха возрастет до критических значений.

Когда экономическое поведение общества и государства оказывается не адекватным реальности, возникают большие проблемы. И исключений из этого правила не бывает. «Хлеба и зрелищ!» — требовали «простые римляне» в период упадка империи. И империя — рухнула. В России начала ХХ века был популярен лозунг: «Отобрать у богатых и поделить поровну». Отобрали, раскулачили, поделили, расстреляли. Печальный результат столь же хорошо известен. То же самое может случиться, если и дальше следовать порочной идее наращивания объемов бюджетного кормления. Это новый путь все в тот же пункт назначения — дорога в никуда.

Производительность труда в РФ на протяжении уже сотни лет
в 4–5 раз ниже, чем в развитых странах. А значит, только за счет накопления богатства более эффективными обществами объемы социальных благ, на которые можем рассчитывать мы (опять-таки без насилия над экономикой, что чревато ее последующим обрушением!), должны быть в 10–20 раз ниже западных.

Благосостояние и социальная защищенность, которые мы можем себе позволить, должны быть сопоставимы с аналогичными параметрами в странах нашего уровня, то есть — со средним развитием. Но людям хочется большего. А тогда, если мы хотим настоящей модернизации, а не маргинализации, без честного разговора о текущих противоречиях не обойтись.

Стремление к высоким социальным стандартам в отсутствие быстрого и устойчивого экономического роста на основе высокопроизводительного труда таит в себе колоссальные риски. Об этом ни в коем случае не следует забывать. Ни нам, ни тем, кто стоит у руля государства.

В начале XXI века Россия оказалась на очередной исторической развилке. Как и сто лет назад, налицо неустойчивая ситуация. С одной стороны, происходящие в последние десятилетия процессы, да и весь заданный историей вектор развития, формируют столь мощную инерцию, что осуществить сколько-нибудь решительный маневр, кажется, уже невозможно. С другой, многие противоречия не только не урегулированы, но и продолжают нарастать. Неотвратимо приближая момент их сознательного или стихийного разрешения. В таком случае наиболее вероятных вариантов финала — два. Либо усиление прагматизма с опорой на «правые», авторитарные ценности в психологии россиян, либо — сохраняющаяся по сей день «левая» озлобленность основной массы весьма небогатого населения к более зажиточным гражданам.

Тупик, в который страна зашла после шатаний 1917–1922 годов, определил в итоге тупиковый выбор исторического развития: несмотря на очевидные всплески (ставшие результатом как раз насилия над экономикой и гражданами), отставание от развитых стран вновь начало нарастать. Все это спустя десятилетия предопределило и «потерю ХХ века», и последующий распад страны. Если в начале ХХI века снова будет сделан «лево-социальный» выбор, очередная фаза распада России скорее всего неизбежна. Хотим ли мы окончательно развалиться на несколько слаборазвитых стран? Как и сто лет назад, выбор будем делать все мы. А следом, как и наши предки, каждый из нас будет нести личную ответственность перед потомками. Ведь на многие обстоятельства нашей жизни влияют решения и поступки наших предков. Точно так же наши нынешние мысли и действия во многом определяют будущее наших детей, внуков и правнуков. На всех нас лежит большая ответственность. И одно только ее осознание уже заслуживает всяческого уважения.

Давайте будем действовать адекватно и мудро. Надо сокращать налоги и бюджетное кормление? Надо. Так давайте начинать! Ведь все мы хотим спасти страну. Так, чтобы потомки сказали:

Мнение автора не обязательно совпадает с позицией редакции

Об авторе: Сергей Пятенко — генеральный директор Экономико-правовой школы ФБК