Показания приборов

Первые же признаки снижения темпов «посадки» российской экономики в феврале–марте вызвали оживленную пикировку чиновников экономического блока по поводу того, достигла Россия «дна» кризиса или нет.

Сперва помощник президента Аркадий Дворкович осторожно высказал надежду на то, что уже в ближайшие месяцы может начаться рост в отдельных отраслях, ориентированных на внутренний спрос. «Это, скажем, жилищное строительство и инфраструктура, — предположил Дворкович. — Мы стараемся в первую очередь подпитывать эти сектора… чтобы добиться мультиплицирующего эффекта в тех областях, которые принесут максимальную отдачу».

Более категоричным оказался вице-премьер Игорь Шувалов, руководитель антикризисного правительственного штаба, официально именуемого комиссией по повышению устойчивости развития экономики. Во второй половине марта он заявил: «Мы уже внизу либо близки к нижней точке. В некоторых отраслях экономики началось оживление, у нас есть ощущение, что к концу года может быть и рост».

К попыткам нащупать в кризисе брод вскоре присоединился первый заместитель председателя Банка России Алексей Улюкаев. «Дно кризиса — это не ровная площадка, а вязкая среда», — установил он. И барахтаться в этой «вязкой тине», по его мнению, нам предстоит еще год–два.

У биржевых трейдеров есть известная присказка: покупая «дно», второе получаешь бесплатно. Примерно из такой логики, похоже, исходил министр финансов РФ Алексей Кудрин, который в пику своим оптимистически настроенным коллегам заявил, что ожидает вторую волну проблем в финансовой системе страны. «Надо прямо говорить о диагнозах, — сказал он. — Это будет отраженная волна в связи с невозвратом кредитов реальным сектором экономики».

В марте наконец были обнародованы детали того, как администрация Барака Обамы собирается избавить американскую банковскую систему от «токсичных» активов — производных бумаг, завязанных на просроченные ипотечные кредиты.

«План Тимоти Гейтнера» (по имени министра финансов США, на фото) предполагает выкуп у банков активов на $500 млрд с возможностью расширения программы до триллиона. Расчищать балансы банков решено с помощью частно-государственного партнерства.

Минфин США так проиллюстрировал механизм выкупа. Есть просроченный ипотечный кредит номиналом условно в $100. Он выставляется на аукцион, в котором побеждает частный инвестор, предложивший банку, предположим, $84. Из этой суммы $72 финансирует Федеральная корпорация по страхованию депозитов (FDIC — аналог российского Агентства по страхованию вкладов), $6 вносит Минфин, оставшиеся $6 — сам инвестор. Таким образом, частный инвестор рискует всего лишь 5–6% от суммы сделки по приобретению «плохого» актива, зато может рассчитывать на 50% прибыли в случае успеха.

Российские власти заявили, что не станут следовать примеру США. «Нам не придется в массовом порядке скупать «плохие» активы», — сказал министр финансов РФ Алексей Кудрин. Российские финансовые власти предпочитают работать с каждым банком индивидуально, в «ручном режиме». Впрочем, по оценкам Кудрина, к концу 2009 года просрочка по кредитам в российских банках, вероятнее всего, достигнет 10% кредитного портфеля.

Мировой кризис начинает испытывать на прочность взаимовыгодный симбиоз крупнейших экономик мира — Китая и США. «Мы дали в долг США огромное количество денег и обеспокоены их судьбой, — сделал в марте очередное китайское предупреждение премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао. — Честно говоря, я несколько волнуюсь за них». Триллион долларов Китай держит в американских казначейских обязательствах.

Поднебесная по отношению к США — одновременно и крупнейший экспортер, и крупнейший кредитор. Китайско-американский маховик слаженно работал не один десяток лет: Китай экспортировал, США потребляли, а средства, образующиеся от профицитной торговли с Америкой, китайцы инвестировали в казначейские обязательства США, тем самым стимулируя американский спрос. Однако в феврале объем китайского экспорта упал на 26%, и Китай задумывается о пересмотре правил игры. Руководитель Народного банка Китая Чжоу Сяочуань заявил, что судьба мировой резервной валюты не должна находиться в руках одного государства, тем самым поддержав идею российских властей о создании наднациональной валюты. В качестве таковой Сяочуань предложил использовать SDR — «внутреннюю» валюту Международного валютного фонда.

Америка отреагировала на предложение болезненно. Барак Обама сказал как отрезал: «Я не верю в необходимость новой мировой валюты». Тем не менее эта идея станет предметом обсуждения на саммите G-20, который пройдет в начале апреля.