Злоба дня

Сейсмоэкономика

Прямой экономический ущерб от удара стихии в Японии 11 марта оценивается Всемирным банком в $122–235 млрд, а правительством самой Японии — в $200–312 млрд, то есть в пределах 2,5–5,5% ВВП страны. Это делает мартовскую природную катастрофу самой «дорогой» в мировой истории с точки зрения последствий.

Тем не менее большинство экспертов в своих дальнейших прогнозах склоняются к тому, что трагическое событие окажет значительное, хотя и не долгосрочное, влияние на экономику самой Японии, и незначительное — на экономику остального мира.

Анализируя опыт крупнейших стихийных бедствий с начала века, специалисты аналитического агентства IHS пришли к выводу, что после небольшой паузы, длящейся один-два квартала, такие катастрофы почти всегда приводят к ускоренному росту ВВП благодаря вынужденному «буму», вызванному необходимостью восстановления пострадавшей инфраструктуры. В этом году ВВП Японии из-за мартовского землетрясения недополучит 0,2–0,5 процентных пункта роста, зато в следующем — ускорится на 0,5–1,0 п. п. Таков прогноз IHS. Специалисты российского Центра развития полагают, что рост может начаться уже со второго квартала: новый финансовый год наступает в Японии 1 апреля, и «бюджет восстановления» к этому времени будет в целом сверстан. Банк Японии уже закачал в экономику страны четверть триллиона долларов для предотвращения паники на финансовых рынках.

Страна давно не выступала двигателем мирового экономического роста, однако мартовские подземные толчки в районе острова Хонсю неизбежно спровоцируют колебания национальных экономик стран-партнеров. Сильнее остальных «тряхнет» главных партнеров Страны восходящего солнца на глобальном рынке — Китай (импорт товаров из Японии составил в прошлом году $177 млрд, или 13% от всего объема импорта) и США ($60 млрд, 4,7%). Отрасли, которые уже начинают страдать от срыва поставок, — производство автомобилей и автокомпонентов, электроника, высокотехнологическое оборудование.

Формула нефти

Борьба ФАС с необоснованным ростом цен на топливо на внутреннем рынке вступила в новую фазу: в конце марта служба представила законопроект «О рыночном ценообразовании на нефть и нефтепродукты в РФ», который предлагает методику расчета конкурентной цены.

До сих пор победы антимонопольщиков в их действиях против вертикально интегрированных нефтяных компаний имели очень ограниченный характер. ФАС периодически инициировала против нефтяников «волны» административных дел по факту злоупотребления доминирующим положением и выносила решения о наложении миллиардных штрафов, которые те с переменным успехом оспаривали в арбитражном суде. «Волн» за период с 2008 по 2010 год было три. Суммарный объем уплаченных в бюджет штрафов, которые принесли первые две, составил в прошлом году около 5 млрд рублей. В 2011-м, по ожиданиям ФАС, после завершения судебных баталий может получиться еще б’ольшая сумма. В любом случае штрафы — дело долгое, и для нарушителей, в сравнении с полученной выгодой, не особенно чувствительное — от одной до пятнадцати сотых размера выручки от реализации товара (ст. 14.31 КоАП РФ). Между тем за период с октября по январь включительно рост на зимнее дизельное топливо составил 53%, а на авиационный керосин — более чем на 30%.

Адекватное определение рыночной цены нефти и нефтепродуктов с помощью биржевых торгов в России, по общему мнению экспертов, пока невозможно. Ликвидность российских площадок низка, поэтому сделки между аффилированными юридическими лицами (например, оптовыми и сбытовыми «дочками» ВИНК) позволяют «легитимизировать» на бирже любую нужную цену, которую ФАС затем вынуждена трактовать как конкурентную. Последние инициативы правительства, которое рекомендовало ВИНК продавать не менее 15% производимых объемов через одну площадку — Санкт-Петербургскую международную товарно-сырьевую биржу, также не помогут быстро исправить ситуацию.

Поэтому логика нового законопроекта ФАС предельно ясна: если не складывается внутренний конкурентный рынок нефтепродуктов, справедливую цену нужно считать по формуле, отталкиваясь в первую очередь от мировых котировок. Поставки на внутренний рынок для ВИНК — «экспортная альтернатива», поэтому цена на нем, по мнению антимонопольщиков, не должна быть существенно выше стоимости зарубежных контрактов минус пошлины и расходы по транспортировке. Формула, которую предлагает ФАС, основывается на расчете трех индикаторов: индекса сопоставимых рынков, индекса биржевых цен и индекса внебиржевого внутреннего рынка. В ведомстве надеются, что законопроект удастся провести через Госдуму в течение года, и новая методика расчета конкурентной цены начнет использоваться с 1 января 2012-го.