Нобелевка против мира

Нобелевские премии уже несколько десятилетий считаются самыми уважаемыми в мире. И в целом вполне заслуженно.

Правда, премии по основным наукам чаще всего присуждаются — вопреки замыслу самого Альфреда Эммануиловича Нобеля — не молодым ученым, нуждающимся в поддержке их трудов, а ветеранам, чьи достижения уже давно не вызывают сомнений. Зато и авторитет этих премий всем понятен.

В литературе слишком многое зависит от личных вкусов. Поэтому поощряются не столько самые блестящие, сколько самые бесспорные авторы. Но, опять же, нечасто приходится гадать, почему.

Даже премия банка Швеции по экономике, учрежденная через несколько десятилетий после смерти Нобеля, редко посрамляет его память. Ее могут одновременно присудить двум исследователям, исповедующим противоположные убеждения, — так ведь и сама экономика пока так далека от точности, что их рассуждения представляются стороннему наблюдателю равно обоснованными, а непосредственное сопоставление последствий их применения слишком затемнено привходящими обстоятельствами.

Нобелевскую премию мира тоже достаточно часто присуждают вполне уважаемым людям и организациям — вроде Международного Комитета Красного Креста. Или хотя бы прекраснодушным идеалистам — вроде борцов с противопехотными минами (увы, это оружие незаменимо во многих жизненно важных для любого государства обстоятельствах, так что на его отмену не приходится надеяться) или министров иностранных дел Франции Аристида Бриана и Соединенных Государств Америки Франка Биллингса Келлога, инициировавших пакт от 27 августа 1928 года об исключении войны из числа допустимых способов улаживания международных конфликтов (инициаторы каждой войны считают ее не просто допустимой, но обоснованной).

Увы, прекраснодушие самого норвежского парламента, присуждающего премии мира, порою совершенно слепо. Не зря ходит упорный слух: в числе основных кандидатов на премию за 1939-й год всерьез рассматривались Адольф Гитлер, Эдуар Даладье и Невилл Чемберлен за соглашение о мирном разделе Чехословакии (Мюнхен, 29.09.1938). Репутацию комитета по премиям спасло лишь то, что Гитлер начал Вторую мировую войну за месяц с лишним до недели официального объявления решений. Опровергнуть этот слух практически невозможно: по вековой традиции списки кандидатов не оглашаются, а любые неофициальные слухи ненадежны. Но при взгляде на нынешнее решение та давняя история кажется правдоподобной.

Нобелевской премией мира за 2007 год награждены Альберт Гор, бывший вице-президент США, и Межправительственная группа экспертов по изменению климата при ООН (МГЭИК) — за «усилия по сбору и распространению знаний о климатических изменениях, вызываемых деятельностью человека» и за разработку мер, «необходимых для противодействия такому изменению».

Землю вечно лихорадит. Размах нынешнего колебания весьма далек от рекордов, давно выявленных климатологами, но все же вполне ощутим. Более того, судя по известным характеристикам периодических изменений солнечной активности, температура поверхности нашей планеты (как и ее соседей по Солнечной системе) будет расти еще пару десятков лет, прежде чем наконец пойдет на спад. Поэтому знать о ходе глобального потепления необходимо всем принимающим решения по части строительства, энергетики, сельского хозяйства и прочих занятий, существенно зависящих от климата.

Увы, новые нобелиаты не ограничиваются популяризацией фактов. Они еще и рекламируют в качестве причины потепления парниковый эффект, якобы вызываемый ростом концентрации углекислоты и воды в земной атмосфере.

Невозможность парникового эффекта — по крайней мере пока в атмосфере не только присутствуют вода и углекислота, но и преобладают газы с промежуточной между ними молекулярной массой — строго доказал великий экспериментатор Роберт Вуд еще в 1909-м. С тех пор любые рассуждения на эту тему свидетельствуют в лучшем случае о глубоком невежестве, а в самом вероятном — о мании величия: мол, человечество уже столь могущественно, что способно всерьез изменить климат собственной планеты.

Увы, у экологической истерии есть и причина посерьезнее любой психиатрии — экономическая. Например, уже давно подсчитаны миллиарды, заработанные E.I. du Pont de Nemours на запрете фреонов в пользу созданных ею заменителей — дорогих, куда менее эффективных, зато долгое время производимых ею монопольно, — под предлогом озоновых дыр, образующихся по совершенно естественным причинам. Потери, вызванные ростом энергопотребления холодильников, да и жертвы пожаров и взрывов вследствие заправки аэрозольных баллончиков всякой горючей дрянью вместо идеально безопасных фреонов, множатся ежегодно. Но это, по военному выражению, collateral damage, «сопутствующие потери».

На фоне глобального потепления озоновые дыры меркнут. Техническое перевооружение, необходимое для снижения выбросов углекислоты по воле зеленых, требует затрат, невозможных ни для кого, кроме Североамериканской зоны свободной торговли, Европейского союза да Японии. Прочий мир обречен на катастрофический энергодефицит. Паралич его экономики убьет уже не тысячи (как от запрета фреонов), а десятки миллионов ежегодно.

Самый недостойный нобелиат на моей памяти — Ясир Арафат. Главный террорист мира получил премию 1992 года за обещание — так и не выполненное — ограничить террор, если все его требования исполнят и арабов в Палестине полностью отдадут под его владычество. Однако убитые не только Арафатом, но и всеми террористами мира не заметны даже на фоне нынешних жертв воинствующего экологизма. А уж если сбудутся пожелания нобелиатов 2007-го — не то что Арафат, но даже Гитлер покажется далеко не худшей идеей норвежского Нобелевского комитета.