Космополит и программы

Сергей Белоусов уверен, что программный продукт лучше всего разрабатывать в России, но продавать его лучше в глобальных масштабах. Только тогда можно построить бизнес, за которым начнут охотиться инвесторы.

Сергей Белоусов, исполнительный директор и основатель компании Parallels, до недавнего времени известной как SWsoft, настаивает, что ее нельзя называть российской. Да, команда разработчиков находится в России. Но маркетинг, продажи и операции — в Европе и США.

Все началось в 1992-м, после четвертого курса МФТИ, когда Белоусов принял участие в создании компании Sunrise, впоследствии ставшей крупным дистрибьютором компьютерного оборудования. А в 1995 году он оказался среди учредителей Rolsen, поначалу собиравшей телевизоры для LG, а впоследствии превратившейся в крупного игрока рынка бытовой электроники. «Так уж получилось, что моя роль в этой компании заключалась в том, чтобы находиться в Азии и Америке и заниматься общением с поставщиками, — вспоминает предприниматель. — А в результате в Сингапуре был открыт другой бизнес, связанный с продажами, локализацией и дистрибуцией программного обеспечения в интересах американских компаний. И только затем мы начали сами разрабатывать софт».

Перспективы открывались заманчивые. Белоусов и его партнеры — такие же выпускники Физтеха — решили сосредоточиться на производстве собственного программного обеспечения, предназначенного для оптимизации ИТ-инфраструктуры. Если коротко, то вычислительное и коммуникационное оборудование — это ресурсы, которые можно использовать по-разному: абы как (что дорого) — или оптимальным образом (что выгодно). Именно эту перспективную нишу и избрала для себя молодая компания. Разве что строить такой бизнес в Сингапуре не имело никакого смысла: разработку удобнее, да и дешевле было осуществлять дома, в России. К тому же квалифицированных программистов тогда хватало. Так в конце 1999 года и появилась компания SWsoft.

Белоусов искренне уверен, что разрабатывать софт для продажи в России — дело малоперспективное: «ИТ-бизнес, и особенно связанный с программным обеспечением, легко проникает на разные рынки. Поэтому, если вы хотите сохранять долю на местном рынке, не говоря уже о том, чтобы занять хоть сколько-нибудь серьезные позиции в мире, нужно работать только на глобальном рынке. Нельзя останавливаться перед географическими границами. Иначе вы проиграете». Нет, разумеется, глава Parallels интересуется российским рынком. И все же, на его взгляд, успешные софтверные компании, избравшие в качестве стратегии ориентацию на внутренний рынок, оказываются скорее исключениями из правил.

«Есть, к примеру, компания 1С, производящая замечательное ПО для бухучета, — поясняет Белоусов. — Но бухгалтерия — очень специфическая область. Скажем, у нас используют не такие стандарты учета, как в Америке. А то, что производим мы — софт для управления ИТ-инфраструктурой, — абсолютно неспецифический продукт. И его нужно продавать либо везде, либо нигде».

Зачем нужны деньги

В течение первых пяти лет с момента основания Parallels удавалось развиваться за счет собственных средств. Точнее, денег, заработанных в предыдущих бизнесах. «Это типичная для меня история, — смеется Белоусов. — Когда я еще был студентом Физтеха и жил в общежитии с женой, никаких «начальных инвестиций» у меня не было. Так и пошло: каждый следующий бизнес я финансировал за счет предыдущего. А с первым просто повезло: нас профинансировали партнеры и клиенты».

Все изменилось в 2005 году, когда Parallels (тогда еще SWsoft) получила средства сразу от трех крупных венчурных инвестфондов: Bessemer Venture Partners, Intel Capital и Insight Venture Partners. Общая сумма вложений составила 12,5 млн долларов. Но Белоусов хладнокровно утверждает, что для него это был скорее имиджевый шаг. Появление уважаемых инвесторов облегчало завязывание полезных контактов, однако острой необходимости в деньгах не было. «Мы сами инвесторов не искали. Это они нас нашли, — откровенничает Белоусов. — Инвесторы очень похожи на продавцов дорогих автомобилей. Как только они почувствуют, что вы можете заработать большие деньги, начинают вам звонить, оставлять сообщения на автоответчик. Это совершенно нормальная практика».

Предприниматель уверен, что в технологической сфере размер инвестиций не играет основополагающей роли. Куда важнее, чтобы у стартапа была эффективная бизнес-модель, а инвестиции пришли в нужное время. В противном случае все вложения пойдут прахом. Именно это произошло с несколькими ИТ-компаниями, приобретенными Parallels. В свое время их основатели привлекли значительные финансовые ресурсы, однако не сумели ими распорядиться. А вот для чего венчурные инвесторы, на взгляд Белоусова, действительно полезны, так это для имиджа: «Привлекательность технологических компаний оценить очень сложно. Особенно если не знать деталей. А детали деятельности компании и финансовые показатели, которые далеко не всегда раскрываются, — главное. Поэтому порой очень сложно продемонстрировать потенциальным сотрудникам и партнерам перспективность вашего бизнеса. Но если вы привлекли венчурные инвестиции, все решат: наверное, кто-то разобрался в этом бизнесе, и дела идут неплохо».

Своя ниша

Со стороны не очень понятно, зачем было переименовывать SWsoft в честь собственной же «дочки» — Parallels. «А для того чтобы громко заявить о себе, — объясняет Белоусов, — мы работаем на рынке, где приходится конкурировать с очень большим числом игроков. До поры до времени старое название позволяло нам оставаться незаметными для более крупных компаний. И это было удобно. Нам не хотелось показывать свой план действий, поскольку конкурентам не составляло бы труда скопировать его. А теперь это время прошло. Мы выросли, и нам хочется собрать все силы в одном брэнде».

Была, правда, еще одна причина. Прежнее название оказывалось не слишком удачным в произношении для англоговорящей публики. Parallels же — вполне космополитично и легко воспроизводимо. К тому же новый брэнд несет и смысловую нагрузку: программное обеспечение компании позволяет одновременно использовать на одном и том же компьютере или сервере несколько операционных систем.

По мнению большинства экспертов, следующий логичный шаг — вывод Parallels на биржу. Мало того, аналитики уверены, что компания выйдет на IPO чуть ли не в течение ближайшего года. Но Белоусов эти прогнозы пока не подтверждает: «IPO имеет смысл проводить в одном из трех случаев. Первый: компания очень большая, но ей нужно быстро расти. В таком случае управлять ею проще, когда она публичная. Второй вариант: вы хотите кого-то купить. Но нам для этого инвестиции не нужны. Маленькую компанию мы в состоянии купить самостоятельно, а в случае интеграции с большой есть риск снижения темпов развития. Так что нам проще вырасти самим. И, наконец, третья причина: вам требуется обеспечить заданный уровень ликвидности, получить деньги и куда-нибудь их вложить. Но мы и без того очень быстро растем. Настолько, что мне трудно себе представить, куда бы мы могли вложить деньги лучше, чем в самих себя. А для этого опять-таки нам хватает собственных финансовых ресурсов».

Есть вероятность, что от IPO Белоусова удерживает еще и очень непростая (а откровенно говоря, кризисная) ситуация на мировых рынках, сопровождаемая падением акций ведущих мировых ИТ-компаний. Так что время для первичного размещения сейчас явно не самое подходящее. Белоусов не отрицает этого, хотя и подчеркивает: сфера, в которой оперирует его компания, кризису не подвержена. Мало того, кризис отчасти даже на руку Parallels: «Слоган нашей компании — «Оптимизируй информационные технологии». Мы помогаем экономить на ИТ. А значит, в условиях кризиса люди даже более охотно покупают наше программное обеспечение, чтобы меньше тратить в перспективе. Не скажу, что ситуация на рынке является для нас положительной, но уж точно не мешает бизнесу».

Продажи Parallels постепенно растут и в России. Но делать ставку на российский рынок предприниматель не собирается, убежденно повторяя все тот же тезис: успешным в этом бизнесе может стать лишь тот, кто действует глобально. «Для нашего сегмента мы уже являемся большой компанией, — говорит Белоусов. — Оборот Parallels составляет около ста миллионов долларов, а число сотрудников приближается к 850».

Одно обидно: пока российские компании тратят все больше денег на американский софт, заокеанские корпорации экономят — благодаря программам, созданным в России.