Непокорный глава

Белый ворон

(Из дневника)

Эйфория от полученных возможностей прошла очень быстро. Оказалось, что депутат муниципального образования может ничтожно мало. Приступив вплотную к этой работе, я сильно разочаровался. Я понял, что наши мини-думы носят скорее опереточный характер, что подавляющее большинство депутатов находятся в прямой зависимости от чиновников. Они просто физически не могут принимать самостоятельные решения…

Когда я первый раз пришел на Совет депутатов и на первых же комиссиях стал высказывать вою точку зрения по различным вопросам, то с удивлением увидел на лицах некоторых коллег легкие ухмылки.

Фактически я оказался белой вороной. Моя неуступчивость и принципиальность вызывает у них неподдельное удивление. И очень часто я ловлю в их глазах немой вопрос: «А зачем тебе все это надо?»

А действительно — зачем? Зачем мне нужно было начинать войну с узлом связи, на который жаловались избиратели, зачем я в единственном числе голосую против устраивающего всех бюджета, зачем я вообще вечно лезу со своими возражениями?

Да просто потому, что я самостоятельный человек. Я имею возможность высказывать свое мнение, и мне претит подстраиваться под кого бы то ни было.

Однажды на одном из депутатских заседаний по просьбе администрации района мы обсуждали возможность выделения денег из бюджета райпотребсоюзу. Почти ни у кого эта мера не вызвала возражений. Кроме меня. Я выступил категорически против такого распыления бюджетных средств. Мало того, что магазины райпотребсоюза имеют значительные налоговые льготы. Мало того, что они почти монополисты, так им еще и дотации из бюджета выделять? Мои аргументы подействовали, и Совет депутатов проголосовал «против». Но это еще не конец истории. Поддавшись давлению районной администрации, депутаты переголосовали за выделение дотаций. Возмущенный до глубины души, я написал статью в местную газету. Мой шаг в администрации расценили как самое низкое коварство и надолго на меня обиделись. Меня обвинили даже (смешно сказать) в нелюбви к своей малой родине.

— На депутатской карьере вы не остановились и отправились на выборы главы района…

— А за день до выборов в меня бросили гранату Ф-1, полностью изрешетили машину. Мой охранник получил два осколочных ранения. Вы не поверите, но и когда в меня стреляли, я не испытывал чувства страха…

— Вы хотите сказать, что верите в судьбу?

— Нет. Просто люблю экстрим. Я как бы предрасположен к этому. Прыгал с 55-го этажа на тарзанке. Гидроциклы, снегоходы, мотоциклы, лошади — это возможность выбросить из головы все плохое, отвлечься, глотнуть адреналин, отдохнуть, чтобы в нужный момент собраться и держать себя в руках. Но это к слову.

После выборов обо мне такого наговорили губернатору, что он не сразу признал мои полномочия, и какое-то время я не мог распоряжаться ресурсами района. Только потом, когда Борис Громов лично во всем разобрался, все ограничения районной власти были сняты, деньги в район пошли.

Разрешите построить завод

— В 2005 году ваш район был назван одним из лучших в Подмосковье по динамике развития и налоговым сборам. Доходы бюджета выросли более чем в два раза, средняя зарплата — почти на 25 процентов. В то же время до вас финансовое положение района было неустойчивым. Что вы сделали для этого?

— Я не могу сказать, что сейчас в районе все идеально. Так не бывает. Очень переживаю, когда избиратели чем-то недовольны. Не всем так просто объяснить, почему дела в их поселке идут хуже, чем в соседнем.

Мы подсчитали: чтобы удовлетворить все запросы, нужно 20 миллиардов рублей. Таких денег нам никто не даст, кроме инвесторов. Пусть они зарабатывают и платят налоги в бюджет, чтобы было, на что развивать неприбыльные округа, — в этом, если хотите, и заключается моя политика.

Вообще, в моем представлении глава муниципального образования — не совсем чиновник. В нем должны сочетаться качества предпринимателя и творца. Он должен уметь рисковать. Без этого сегодня нельзя. А у нас достаточно много глав муниципальных образований, которые не готовы к риску. Бывший глава района — очень хороший и добрый человек, но он не любил рисковать. Он говорил: зачем мне влезать в такие сомнительные операции, как получение денег от федералов или области? Это связано с огромными трудностями: придется готовить массу бумаг, а все документы идеально составить невозможно. Да и за каждой копейкой, полученной сверху, не уследишь. Любой подрядчик подвести может. Потом от проверяющих не отобьешься.

Но как можно отказаться от денег на газификацию, строительство блочно-модульных котельных и водозаборного узла, даже если при этом придется рисковать?

— Объем только иностранных инвестиций в экономику района в прошлом году составил около 11,2 миллиона долларов. Областные власти приводят в пример другим то, как в вашем районе построена работа с инвесторами — он считается одним из лучших в области. Сколько инвесторов вам удалось привлечь?

— Я не меряю инвесторов в штуках, я меряю их количеством денег. Я могу застроить весь район дачами или девятиэтажками, получить хорошие деньги, а потом сидеть и курить бамбук. Но дачи и дома — это нагрузка на бюджет. Ни дохода, ни налогов, ни рабочих мест — одни только жалобы на дороги да мусор. Совсем другое дело — промышленное производство и бизнес. Пойдут налоги, и мы сможем строить хорошие школы, больницы, дороги, котельные.

— Какие компании пришли в район за время вашего руководства?

— Международный концерн «Декёнинк» пообещал вложить в экономику района 200 миллионов евро и войти в пятерку крупнейших производителей окон ПВХ в России. В прошлом году в район пришел один из мировых лидеров производства керамики — фирма «Витра». «Винтек Пластик» ведет строительство завода. А фирма «Ролтон», попавшая в рейтинг Forbes, уже дает неплохие поступления в бюджет.

— И все же чем вы расположили к себе бизнес?

— Я просто не вымогаю у инвесторов деньги. У нас в стране привыкли на инвестора перекладывать сразу кучу проблем. Ему предлагают, например, сразу отчислять процент на развитие территории. У меня нет для них никаких крючков. Регистрируйтесь, стройтесь на здоровье, развивайтесь, а потом поговорим…

Власть и коррупция

— Сейчас бизнес все прочнее закрепляется во власти. Взять, к примеру, Романа Абрамовича на Чукотке, Сергея Дарькина в Приморье или Александра Хлопонина в Красноярском крае, не говоря уже о Госдуме, районных советах.

— Это хорошо, когда из бизнеса приходят во власть. Гораздо хуже, когда из власти уходят в бизнес. Мне непонятно, как бывшие функционеры ни с того ни с сего становятся крупными бизнесменами. Как-то прочел одну любопытную статью в газете о коррупции. Коррупция есть везде, говорилось в ней. Однако само это понятие видоизменяется в зависимости от степени цивилизованности страны. Вот, например, наши коррупционеры — самые примитивные. Они действуют по принципу: дай денег — будет постановление, дай больше — будет закон. На Западе все несколько сложнее. Там действующий политик работает на перспективу. Делая кому-то определенные поблажки, он рассчитывает на помощь и протекцию в дальнейшем, после того, как уйдет из политики.

Когда я рассказал об этом своему другу — высокопоставленному чиновнику, — он похлопал меня по плечу: «Старик, мы же в России живем. Если сегодня я не возьму, то завтра мне никто не даст». После этих слов я понял, насколько наивно мое представление о власти.

Кто в чиновники пошел

(Из дневника)

В начале девяностых на заре российской демократии никто во власть не стремился. Все рвались в бизнес. Очереди на регистрацию в исполкоме стояли километровые. Число малых предприятий росло почти ежедневно в геометрической прогрессии. Казалось — делай, что хочешь. Бескрайность коммерческих просторов просто опьяняла.

Что же сегодня? Мы видим обратный процесс. Количество контролирующих организаций и их численность стремительно увеличивается. Армия чиновников растет. А офисы? Вы только посмотрите, как отделаны офисы в здании СЦГСЭН! Не у каждого предпринимателя есть средства на такой евроремонт. Так откуда же деньги? Ведь чиновники по-прежнему ничего не зарабатывают и ничего не производят, кроме гор ненужных, по большей части, бумаг. Да, но они прекрасно научились кормиться при бизнесе. Раньше функции стервятников у нас в государстве выполняли криминальные структуры, но постепенно государственный аппарат как более мощное и агрессивное образование вытеснил братву с их исконных позиций. И если спросить сегодня любого предпринимателя, кого он больше боится — бандитов или государство, — ответ будет очевиден…

— Часто ли вам приходилось отстаивать справедливость?

— Как предпринимателю со стажем однажды мне в районной администрации предложили поработать в совете предпринимателей района, а потом и возглавить совет. Мои отношения с администрацией складывались прекрасно ровно до момента моего избрания в Совет депутатов. Моя въедливость чиновников удивила и даже обидела. Не знаю почему, но они считали меня полностью подконтрольным себе. «Непослушание» наказали очень своеобразно. Просто однажды я заметил, что подписываю бумаги уже не как «председатель совета предпринимателей Серпуховского района», а как «заместитель председателя».

(Из дневника)

По-настоящему я включился в работу совета после введения единого налога на вмененный доход. Ставки его были столь чудовищны, что промолчать и просто принять его было бы глупостью. Ну откуда у среднего предпринимателя — рыночника, торгующего с лотка, — такой доход? Большинство из них никогда не получают в год 150 тысяч рублей чистой прибыли. Однако эти соображения областных законодателей не волновали. Неважно, сколько ты зарабатываешь, 30 тысяч (20 процентов от 150 тысяч рублей) изволь выложить. Сам налог, в общем-то, всех устраивал — гораздо удобнее заплатить одну сумму и не путаться с многочисленными отчетами во всевозможные фонды. Но ставка налога, определенная областной Думой, была совершенно неподъемной.

Просто удивительно, откуда выплыла эта сумма — 150 тысяч годового дохода? Я собрал законы о едином налоге десяти центральных областей — Орловской, Смоленской, Псковской, Ярославской и так далее — так вот, там ставки налога в шесть-семь раз ниже, чем в Московской области. Можно, конечно, сослаться на более высокие подмосковные доходы. И они действительно больше, чем где-либо. Но только не в семь раз…

На заседаниях по проблемам малого бизнеса в здании подмосковного правительства я задавал вполне закономерный вопрос: откуда вы взяли такие ставки, из каких расчетов и показателей? Ответ был примерно такой — посчитали от обратного: нам нужна была определенная сумма в доходную часть бюджета, вот мы ее с предпринимателей и возьмем…

Такая позиция меня возмутила. А на несправедливость у меня реакция одна — бороться. Депутаты региона поддержали меня и отправили обращение в правительство области. Мы предупредили областных чиновников, что социальный взрыв в связи с совершенно невозможными ставками — дело времени. Другие области уже через это прошли. Рекомендации нашей группы и депутатов других регионов, предпринимательские протесты возымели действие, и введение налога тогда временно приостановили.

— Вы сами считаете себя незаурядным человеком?

— Не каждый находит в себе силы поступать согласно своим убеждениям, без оглядки на «политический ветер». Я пока могу позволить себе роскошь быть честным даже перед самим собой и не поступаюсь убеждениями ни ради карьеры, ни ради коммерческой выгоды. В остальном я такой, как все… Как это ни банально звучит, но чтобы чего-то добиться, надо просто много работать и во многом себе отказывать…