Прибыль или смерть

Предпринимателей опять вызывают в налоговые инспекции. Антураж тот же, что и прежде, когда специальные комиссии в массовом порядке боролись с зарплатами в конвертах и неправильными, на взгляд чиновников, вычетами по НДС. Теперь же взялись за предприятия, отчетность которых свидетельствует об убытках и портит статистику.

Правительство Москвы утвердило Регламент по работе с убыточными предприятиями города. Суть документа: если компания осуществляет деятельность, значит, у нее непременно должна быть прибыль. По мнению чиновников, убыток является следствием «неверной оценки расходов», с чем и собираются бороться. На защиту интересов города встала налоговая служба, которая начала действовать уже проверенными методами. Убыточные фирмы вызывают на комиссии, очень напоминающие комиссии «зарплатные». На одном из таких заседаний под видом помощника руководителя фирмы (уж простите за столь невинную шалость) побывал корреспондент «Бизнес-журнала».

Явка строго обязательна

Начинающий предприниматель Дмитрий зарегистрировал свою компанию в ноябре прошлого года. Он работал в крупной консалтинговой фирме. Но после того как чиновники всех уровней принялись убеждать общественность, что отныне заниматься бизнесом в России намного проще, решил открыть собственную консультационную контору. В теории все выглядело довольно просто. Опыт в своей профессиональной области у Дмитрия был, и весьма неплохой, регистрация фирмы действительно оказалась не слишком сложной, да и какой-никакой начальный капитал в распоряжении имелся. Вскоре был снят офис. Предприниматель купил мебель, компьютеры, нанял несколько человек и, наконец, дал рекламу. Всё как у всех.

Первый клиент появился в начале этого года, а к июню доходы компании стали достаточно стабильными. К следующему году Дмитрий планировал уже получить прибыль, ведь пока он вкладывал в развитие личные средства и пользовался кредитами. Однако в начале августа в компанию позвонили из налоговой инспекции.

— Примите телефонограмму! — раздался командирский голос в трубке.

Секретарь Елена записала текст, который гласил, что фирма в течение двух (или более) периодов заявляет в отчетности убытки. В связи с этим руководство фирмы в лице генерального директора и главного бухгалтера приглашается на «комиссию по выяснению причин декларирования убытков». Затем сотрудница инспекции затребовала фамилию и имя работника фирмы, принявшего телефонограмму, и сообщила, что телефонограмму следует считать официальным вызовом на комиссию, назначенную на 10 августа.

Узнав о звонке из налоговой, Дмитрий на комиссию идти отказался. Во-первых, рассудил он, для начала налоговикам неплохо было бы прислать официальный запрос. Кроме того, предприниматель был уверен, что сами по себе такие комиссии совершенно незаконны. Однако, ознакомившись с судебной практикой и посоветовавшись с коллегами, выяснил: закон в этом случае далеко не на стороне бизнеса. Так что явка оказалась, как ни крути, строго обязательной.

Дожить до года

Второй вызов на комиссию пришел уже на бланке инспекции через неделю после звонка. Текст полностью повторял содержание телефонограммы. Конечно, с такой, официальной, повесткой уже не поспоришь. Для визита было подготовлено специальное письмо-пояснение, где на четырех листах предприниматель пытался растолковать простую истину: на начальном этапе деятельности у фирмы расходов всегда больше, чем доходов. А потому и убытки — неизбежны.

Тщательно подготовившись и еще раз изучив отчетность своей молодой фирмы, Дмитрий отправился на комиссию, в районную налоговую инспекцию. К нему присоединились главный бухгалтер Галина Алексеевна и корреспондент ««Бизнес-журнала», законспирированный под помощника руководителя.

В инспекции для работы комиссии отвели просторную комнату. Как на экзамене в институте, мы разместились напротив трех представителей власти. Возглавляла комиссию заместитель начальника налоговой инспекции Ольга Сергеевна.

— Как вас много! — строго заметила председатель. — Рассаживайтесь. Меня зовут Ольга Сергеевна, я заместитель руководителя ИФНС. Это Николай Петрович (она показала на угрюмого мужчину рядом), он — заместитель начальника районного ОБЭП, а это зампрефекта Сергей Владимирович (она кивнула в сторону второго угрюмого чиновника).

Сразу нужно заметить: присутствие двух крупных чиновников районного масштаба объяснялось, видимо, назидательными целями и желанием произвести впечатление. За сорок минут, пока длилась комиссия, они не проронили ни слова. Зато было хорошо видно, что им страшно скучно. В общем, основным и единственным докладчиком оказалась Ольга Сергеевна.

— Ваша компания, — продолжила представительница налоговой службы, — на протяжении двух лет заявляет убытки. С чем это связано?

— Это связано с тем, что мы — новая фирма и только начинаем свою деятельность. Даже года еще не проработали. Нужно некоторое время на то, чтобы начать получать прибыль. В консультационном деле требуется как минимум год, чтобы набрать хотя бы несколько клиентов. Обычно даже больше. И лишь потом можно рассчитывать на прибыль. Я постарался все подробно объяснить в нашем письме, — Дмитрий протянул председателю комиссии заранее заготовленное пояснение.

— Вы думаете? Пока никаких пояснений не требуется. У нас и так достаточно документов (она показала на папку, лежащую перед ней). Основной целью предпринимательской деятельности является получение прибыли. Не так ли? Если вы осуществляете деятельность и не получаете прибыль, то значит, ваша фирма — банкрот. В сложившейся ситуации налоговый орган имеет все основания передать ваше дело в комиссию по делам о несостоятельности и банкротстве, чтобы ситуацию с вашей организацией рассматривал суд, — строго заметила Ольга Сергеевна. — Вы ведь попали в группу риска не просто так. Изучив вашу отчетность, мы пришли к выводу, что вы завышаете свои расходы.

— Что вы имеете в виду? — попыталась уточнить бухгалтер Галина Алексеевна.

— А я вам сейчас поясню. Вот смотрите. Вы списываете аренду, покупку техники, закупку различных расходных материалов в тех периодах, когда у вас не было доходов. Расходы несет фирма за счет средств, которые вносит учредитель. Он же генеральный директор, который получает зарплату. При таком совмещении учредитель-руководитель может не иметь оклада. Если у вас нет доходов, зачем вам расходы? — задала почти риторический вопрос Ольга Сергеевна, перелистывая довольно увесистую папку по компании, которая не просуществовала и года.

— Но ведь так положено по Налоговому кодексу! Мы списываем те расходы, которые можно списать в текущем налоговом периоде, — смутилась бухгалтер.

— Вот это и неправильно! — категорично заметила представительница ИФНС. — В бухгалтерском учете — возможно. А в налоговом списывайте так, чтобы у вас не было убытков. Уберите зарплату директора, не списывайте материалы! Когда у вас нет никаких доходов, то значит, и деятельности нет! Какие расходы? Очень ждем от вас отчетности с прибылью за девять месяцев, иначе до года не доживете.

— Расстреляют… — шепнул мне Дмитрий, и мы оба еле сдержали смех.

После этого бухгалтер и чиновница долго разбирали каждую статью расходов и сошлись на том, что за девять месяцев в налоговом учете фирма убытков не покажет. В ответ представительница ИФНС обещала не беспокоить фирму проверками, если она будет блюсти неписаное соглашение и не станет своей отчетностью портить показатели работы налоговой службы.

В конце заседания Ольга Сергеевна строго посмотрела на Дмитрия и с видом завуча средней школы заявила буквально следующее: «Пообещайте, что больше не будете показывать убытки».

— Мы не можем обещать на 100 процентов, — улыбнувшись, сказал Дмитрий. — Но очень постараемся.

На этом комиссия закончилась. Все трое проводили нас взглядами, а в коридоре своей очереди ждал очередной директор, видимо, небольшой фирмы, которая тоже работает без прибыли.

План по прибыли

Федеральная кампания по борьбе с убытками началась в лучших традициях последних лет. Налоговики не стали утруждать себя сложными выездными проверками, изучать отчеты, вникать в особенности деятельности каждой конкретной фирмы. Просто принялись вызывать руководителей компаний на специальные комиссии, которые прекрасно себя зарекомендовали в ходе борьбы с «конвертными» зарплатами и вычетами по налогу на добавленную стоимость. В лучших же традициях плановой экономики (плановое повышение зарплаты на среднеотраслевую, плановое снижение возмещения по НДС) теперь на повестке дня — плановое искоренение убыточных предприятий. В первые месяцы борьбы с новым злом налоговая служба успела вызвать (если верить информации, опубликованной на сайте УФНС по Москве) уже порядка 1 600 компаний. «Более 1 000 фирм, — говорится в сообщении, — подали уточненные декларации по налогу на прибыль».

— Налоговикам сегодня выгоднее закрыть компанию, чем принимать декларацию с убытками. Ничего не поделаешь, разнарядка! — комментирует налоговый юрист Юлия Напкунайте. — Сейчас, мне кажется, бесполезно спорить о законности или незаконности всех этих комиссий. Налогоплательщикам остается принять их существование как факт. Впрочем, вопрос о том, исполнять просьбы налоговых органов или нет, каждая фирма решает для себя сама.

На бухгалтерском форуме klerk.ru вопрос «Вызвали на убыточную комиссию. Что делать?» до сих пор является одним из самых популярных. Участники обсуждения дают прямо противоположные рекомендации. Одни советуют не ходить. Другие говорят, что спорить с налоговиками бесполезно. Но в любом случае все сходятся во мнении, что налоговики могут доставить строптивцам массу проблем. Например, провести выездную проверку компании или подать в суд иск о признании фирмы банкротом.

— Теоретически у налоговых органов есть подобное право, — говорит член Московской коллегии адвокатов Аркадий Кулешов. — Если компания является убыточной, не может исполнять свои обязательства перед государством или третьими лицами, то налоговый орган вправе обратиться в суд с заявлением о признании организации банкротом. Разумеется, на практике у действующей фирмы, которая осуществляет свою деятельность пусть даже с убытками, есть все шансы отстоять свою правоту. Конечно, в случае, если суд будет непредвзятым.

Опыт последних лет показывает: любая массовая кампания, объявленная налоговиками, практически не оставляет фирмам шансов на непредвзятость. «Власти ведут борьбу не с убытками как таковыми, а за позитивную статистику. Если фирма подает нулевые отчеты, это не вызывает даже малейшего подозрения. Дали команду истребить убыточность, значит, любыми средствами формальный результат будет достигнут. Что можно посоветовать в такой ситуации? Наверное, подавать нулевые отчеты и ждать конца этой истерии», — рассуждает консультант компании «Бест-консалтинг» Марина Петрова.

Как ни грустно, налоговая служба постепенно превращается в бюро сбора отчетности и запугиваний. Налоговики физически не могут проверить все компании, заявляющие убытки. По статистике, таких организаций в России до четверти от всего списочного состава. Видимо, именно поэтому для улучшения статистики были выбраны новые фирмы, которые более всего заинтересованы в развитии.

Искать логику в действиях чиновников — занятие порой совершенно бессмысленное. Директор одной крупной компании, узнав о появившихся комиссиях, только развел руками: «У нас инвестиционный проект рассчитан на четыре года. Так что в течение всего этого срока наша компания будет нести убытки: за счет средств учредителей мы будем строить несколько объектов, и пока не сдадим объект, прибыль не появится. Не знаю даже, что нам делать. Закрываться?»

Ситуаций, когда фирма может нести убытки (причем в течение довольно продолжительного времени), — множество. Инвестиционные проекты, кризис в компании, переоснащение производства... Планирует ли налоговая служба закрыть все эти компании? Собирается ли доказать необоснованность расходов? Эти вопросы можно задавать до бесконечности, однако ответ будет всегда одним и тем же. По требованию налоговой службы нужно подавать декларацию без убытков, вот и весь сказ.

Остается только напомнить, что великий экономист Пол Самуэльсен убеждал в своей знаменитой книге «Экономикс», что убыток — тоже результат. К тому же — не самый плохой. Но экономические законы не действуют, когда речь идет о выполнении плана. Это мы уже проходили, и совсем недавно. Или кто-то уже забыл?