Отец Величия

В Мултане есть идол. Находится он в огромном помещении. У идола четыре лика. В капище, где помещен идол, — четыре двери. В какую бы дверь ты ни вошел, обязательно увидишь его лицо. Ежедневно идолу дают из Мултана десять тысяч серебряных драхм. Высота идола — двадцать локтей. Говорят, четыре тысячи лет, как построено это капище и сделан этот идол. Большая часть богачей, умирая, завещает свое состояние идолу.

«Аджа’иб ад–дунйа» («Чудеса мира»), сборник средневековой персидской космографии

Реквием по сопернику

Величественный небоскреб Empire State Building² обращен к городу четырьмя ликами. Четыре фасада — таинственное наследие архитектурной адаптации, которой американский гений подверг французский стиль арт деко³. Четыре фасада дополняют дорогая Бастиону Свободы пирамидальная конструкция, увлеченность шпилями и преклонение перед зигзагами. Там, где есть пирамида, непременно должны быть и лучи солнечного света, символизирующие неодолимое желание строительной братии оплодотворить весь мир своим Высшим Знанием. Не удивительно, что мотивы изливающегося света представлены в настенных декорах практически всех американских небоскребов арт деко.

Башню Empire State Building венчает мачта, обложенная пятью «карандашами света» — флуоресцентными трубами, способными менять цвет по настроению. Между тем, грандиозный оптический спектакль подчинен строгому расписанию: в день святого Валентина купол становится красным, в день святого Патрика — зеленым, в день независимости Израиля опоясывается голубым снизу, белым — посередине и снова голубым — сверху, в день независимости Америки меняет цвета на красный, белый, голубой.

Более полувека государственные праздники, официальные юбилеи и знаменательные даты жестко определяют таинственную световую символику ночного Манхэттена. Лишь единожды 102–этажный Отец Величия изменил традициям: в память о канувших в небытие близнецах Всемирного Торгового Центра подсветка Empire State Building на долгие месяцы застыла в гамме 4 июля — красно–бело–голубом поясе.

11 сентября 2001 года Empire State Building скорбел вместе с нацией, расставаясь с иллюзиями Всеобщего Мирового Братства. И в тот же самый день Empire State Building возрождался душой и телом, возвращая утраченное первородство и приветствуя зарю Всеобщей Мировой Иерархии.

Отобрав осенью 1930 года пальму первенства у Эйфелевой башни (300 м) и дома Крайслера (318 м), Empire State Building (381 м) более сорока лет утолял гордыню титулом самого высокого строения в мире. Затем случилось ужасное. В начале 70–х башни Всемирного Торгового Центра (414 и 412 м соответственно) не просто лишили Empire State Building первенства и коммерческого процветания, но и возвестили о радикальной смене парадигмы. Сначала Великую Пирамиду, бережно воспроизводимую всеми американскими небоскребами арт деко, потеснил Безжизненный Параллелепипед бангладешца Фазлура Рахмана Хана, отца «Tubular design»⁴. Затем сошла на нет и Великая Консервативная Идея, полвека служившая кровью и лимфой американскому капитализму.

Рушился привычный мир: десятки радиостанций и телеканалов, испокон веков уютно располагавшиеся на 80–ти этажах Empire State Building, в спешном порядке перебирались на более высокие и современные площадки Всемирного Торгового Центра; доблестных морских пехотинцев медленно, но верно выдавливали бойцы Хо Ши Мина; Белый Дом погружался в невиданный коррупционный скандал Уотергейта; а молодое поколение со своей дьявольской музыкой, длинными немытыми волосами и туго набитыми гашишными косяками, глазом не моргнув, обменивало традиционные религиозно-этические ценности на мутную иллюзию индуизма.

Главным же признаком трансформации эпох, символически отмеченной победой Всемирного Торгового Центра над Empire State Building, стало нарушение парадигмы экономической: фундамент Великой Консервативной Идеи Америки — священный приоритет частной собственности — был отдан на растерзание каким–то ничтожным и немыслимым искушениям. Вдруг оказалось, что деловая хватка, управленческий талант, умело инвестированный доллар и несгибаемый дух предпринимательства — больше не соль земли и смысл жизни, а лишь жалкие довески к вещам куда более влиятельным, скажем — чувству оскорбленного достоинства представителя нетрадиционной сексуальной ориентации. Можно сказать, что на мистическом уровне Empire State Building сразили не 33 лишних метра Всемирного Торгового Центра, а половая эмансипация и расовая политкорректность!

В памфлете 1934 года президент «Американской Лиги Свободы» Джуэтт Шауз писал: «В глазах участников нашего движения искусственно проводимое различие между «правами человека» и «правами на собственность» выглядит не более чем хитроумной ловушкой. В любом обществе, отличном от Утопии и тоталитарного коммунизма, обе эти категории прав неделимы. Защита так называемых «прав человека» при одновременном ущемлении «прав собственности» напоминает выдачу лицензии на рыбалку вместе с запретом насаживать наживку на крючок».

Памфлет Шауза был направлен против «Нового Договора»⁵ президента-демократа Теодора Рузвельта, предусматривающего энергичное вмешательство государства в экономику и утверждение в обществе приоритета социальных ценностей. Резкое неприятие этой концепции как раз и лежало в основе Американской Консервативной Идеи, для защиты которой создавалась «Американская Лига Свободы». Возглавил борьбу хорошо знакомый нашим читателям семейный клан «ДюПон», а непосредственным координатором его усилий, наряду с Джуэттом Шаузом, выступил Джон Рэскоб, бывший президент «Дженерал Моторс», принадлежавшей, как известно, все той же E.I. DuPont de Nemours and Company. Для упоминания этого человека есть и другой повод: именно он был назначен ответственным за воплощение в жизнь главного символа Американской Консервативной Идеи — небоскреба Empire State Building!

Разумеется, я не случайно обрисовал грубыми штрихами социально-политическую подоплеку Отца Величия. Ведь интерес к Empire State Building как к уникальному деловому проекту и без того лежит на поверхности. И любому москвичу, годами наблюдающему за строительством т. н. «Москва-Сити», будет любопытно узнать: самый высокий небоскреб Америки построили всего за 410 дней (!). Впрочем, я глубоко убежден, что только образ Empire State Building в качестве символического воплощения определенных идей американской цивилизации для нашего современника и соотечественника несопоставимо важнее технических деталей. Особенно сегодня, когда башни Всемирного Торгового Центра повержены, Empire State Building вновь на коне, а воплощенные в небоскребе идеи Всеобщей Мировой Иерархии позвякивают в ранце каждого американского морского пехотинца, реализующего в самых отдаленных уголках планеты свой зуд миссионерства и оплодотворяющего несмышленые цивилизации только ему доступным Высшим Знанием!

Архонты⁶

Легенда гласит, что Джон Джэкоб Рэскоб оставил пост вице–президента «Дженерал Моторс» по политическим мотивам. В 1928 году Рэскоб поддержал на выборах своего близкого приятеля демократа Альфреда Смита. Для пользы дела Рэскоб даже возглавил «Демократический Национальный Комитет» — головную организацию Партии Осла⁷ по сбору средств для проведения электоральных кампаний. Это при том, что Джон Джэкоб всегда был и оставался буйным ирландцем, ревностным католиком и пламенным консерватором, так что сам бог велел ему пребывать в стане республиканцев.

Дальше — больше. Альфред Смит, как известно, проиграл выборы республиканцу Герберту Кларку Гуверу. Генеральный директор «Дженерал Моторс» Альфред Причард Слоун, будучи страстным поклонником Гувера, потребовал от Рэскоба, чтобы тот либо сложил с себя полномочия председателя «Демократического Национального Комитета», либо ушел из компании. Рэскоб отказался, однако Совет Директоров «Дженерал Моторс» поддержал Слоуна, и Джэкоб в благородном порыве подал в отставку с поста президента.

Такова официальная мифология. К действительности она имеет не большее отношение, чем независимость Рэскоба, Слоуна, а заодно с ними — и Альфреда Смита с Гербертом Гувером. Дело в том, что «Дженерал Моторс» была полноценной вотчиной семейного клана DuPont, который безоговорочно контролировал компанию, владея 43% ее акций. Совет Директоров «Дженерал Моторс» возглавлял Пьер Дю Пон, а Джон Рэскоб был не просто вице–президентом «Дженерал Моторс» по финансам, а личным секретарем Пьера с 1901 года! Еще в 1914–м Рэскоб стал казначеем концерна DuPont, а в 1918 году — вице–президентом по финансам одновременно DuPont и «Дженерал Моторс». Более того, Рэскоб на протяжении многих лет тайно скупал акции «Дженерал Моторс» по поручению Дю Понов, что и позволило им перехватить контрольный пакет у Уильяма Дьюранта, создателя автомобильного гиганта.

Каким образом при подобном раскладе сил наемному сотруднику Альфреду Слоуну удалось сместить с должности держателя общака самого влиятельного семейного клана Америки Джона Рэскоба? Да никаким. Потому что Рэскоба никто никуда не смещал. Все персонажи играли четко отлаженные социальные роли в спектакле, инсценированном теми же семейными кланами.

Джон Джэкоб Рэскоб покидал в 1929 году ряды «Дженерал Моторс» не от обиды, нанесенной Альфредом Слоуном, а по новому поручению хозяев: Дю Поны делегировали талантливейшего финансиста окучивать нивы недвижимости, которая на пороге грядущего Биржевого Краха обещала баснословные барыши (стоит ли говорить, что люди осведомленные знали о приближающейся финансовой катастрофе заблаговременно?).

Любопытный эпизод. Накануне ухода из «Дженерал Моторс» Джон Рэскоб опубликовал статью в «Домашнем журнале для женщин»⁸, озаглавленную «Каждый обязан быть богатым», в которой по секрету делился рецептом: «Все, что нужно сделать, это откладывать ежемесячно 15 долларов и тут же инвестировать их в хорошие акции! Ровно через 20 лет вы обретете богатство!»

Статья Рэскоба появилась в августе, а в октябре грянул сначала Черный Четверг (24 числа), а затем и Черный Вторник (29), после которых все подписчицы «Домашнего журнала для женщин» вместе с остальным населением, надо полагать, благополучно разорились, а сама страна на долгие годы погрузилась в Великую Депрессию. Собственные акции «Дженерал Моторс» Джон Джэкоб Рэскоб предусмотрительно продал накануне, заработав 20 миллионов долларов.

1 Зрван, он же Отец Величия и Отец Света — верховный бог древних иранцев, прозванный фефсбрсьущрпт — четырехликим, соединяет в себе одновременно все добро, зло, свет и мрак мира.

2 «Дом Имперского штата» (англ.). С 1931 года — самый высокий небоскреб штата Нью–Йорк («Имперский штат» — его метафорическое имя).

3 По имени «Exposition Internationale des Arts Decoratifs et Industriels Modernes», международной выставки декоративных и промышленных искусств, которая прошла в Париже в 1925 году и была призвана продемонстрировать миру французскую доминанту в вопросах стиля и моды. Интересно, что в Старом Свете арт деко не пошел дальше дизайна мебели, стеклянной посуды, часов и ювелирных украшений. Архитектурные формы арт деко приобрел лишь в Новом Свете (если не принимать во внимание близкие мотивы сталинского барокко).

4 «Трубчатая конструкция» — строительный принцип, лежащий в основе всех современных небоскребов (англ.).

5 «New Deal» — название программы, с помощью которой Теодор Делано Рузвельт попытался вырвать страну из Великой Депрессии.

6 В гностицизме: демонические низшие силы, ответственные за сотворение мира. Архонты, не знающие истинного Бога, всячески препятствуют его познанию в подвластном им космосе.

7 Donkey Party — прозвище Демократической партии США.

8 «Ladies Home Journal».