Ломбардный день

В САМОЙ ОСТРОЙ ФАЗЕ КРИЗИСА РОССИЙСКИЕ ЛОМБАРДЫ МНОГИМ ПОМОГЛИ РЕШИТЬ ОСТРЫЕ ПРОБЛЕМЫ С НАЛИЧНОСТЬЮ. РАЗУМЕЕТСЯ, НЕ БЕСКОРЫСТНО. ВИДИМО, ИМЕННО ПОЭТОМУ ВЛАСТИ ГОТОВЯТСЯ ЖЕСТКО «ОТРЕГУЛИРОВАТЬ» ЭТОТ СЕКТОР.

В начале 2008 года двое наемных менеджеров, Игорь и Евгений, поняли: работать «на дядю» им больше не хочется. И запустили бизнес по установке пластиковых окон в Московской области. Сначала дело пошло бойко. Личные связи обеспечивали поток частных и корпоративных заказов. «Мы сняли хороший офис, наняли персонал, – рассказывает один из партнеров. — Но тут грянул кризис, который к тому же совпал с низким сезоном на нашем рынке. И мы оказались в глубокой финансовой яме».

Спрос упал, а несколько крупных заказов, способных поддержать предприятие на плаву, сорвалось. Зато долги нарастали. Как перед поставщиками, так и перед сотрудниками. А попытки занять деньги в банках, ударившихся в панику, результатов не дали.

«Казалось, бизнесу пришел конец, — вспоминает Евгений. — Без оборотных средств мы не могли даже поддерживать текущие бизнес-процессы, не говоря уж о дальнейшем развитии». Но закрывать компанию не хотелось. Пришлось думать, где достать деньги. И выход был найден. Ломбарды!

«За благополучные годы у нас с женой скопилось много дорогих ювелирных украшений, техники и прочих полезных, но не всегда нужных вещей, — говорит Игорь. — А у Евгения имелись два автомобиля, дорогие часы и дорогой же запасной ноутбук. Все это имущество и было использовано нами в качестве залогов. Благодаря ломбардам нам удалось получить небольшой оборотный капитал. И бизнес начал потихоньку оживать».

Полученных в ломбардах средств хватило на погашение долгов и поддержание рекламной активности. А затем, словно восполняя пережитые минуты отчаяния, появился крупный и очень выгодный заказ. Все заложенные вещи были выкуплены через два месяца. А компания — работает до сих пор. Да, стоимость такого заемного финансирования оказалась высокой. Но в тот момент средства были нужны любой ценой.

Строго говоря, Игорь и Евгений — вовсе не типичные посетители скупок. Как признают владельцы ломбардов, предприниматели среди клиентов попадаются крайне редко. Куда чаще приходят «обычные люди», которым нужно «перехватить» несколько тысяч рублей до зарплаты или же оплатить ежемесячный взнос по взятым кредитам. В острой фазе кризиса у многих просто не было иной возможности быстро получить необходимую сумму. И ломбарды сделали свое дело, неплохо заработав.

Было время, когда этот сегмент услуг аналитики считали чуть ли не единственным, демонстрирующим уверенный рост в условиях всеобщего падения.

Но благодарности хозяева ломбардов не дождались. Если в закон «О ломбардах» будут внесены готовящиеся ныне в правительстве поправки, этот бизнес либо вовсе перестанет существовать, либо уйдет в подполье.

Кто от этого выиграет?

Заложники имущества

В 2009 году на фоне резкого сокращения кредитования населения спрос на услуги ломбардов заметно подрос. «Благодаря особенностям структуры залогового имущества (по оценкам экспертов, свыше 90% средств в 2009 году приходилось на высоколиквидные ювелирные изделия из золота), а также высоким ставкам по кредитам (до 25% в месяц) ломбарды избежали значительного роста рисков и увеличили объем кредитования на 18% по сравнению с 2008 годом», — говорилось в весеннем отчете ЦБ РФ. Правда, сами участники рынка отмечают, что цифра эта усредненная и даже противоречивая, поскольку единого регулятора у ломбардов нет, а все данные по этому бизнесу носят оценочный характер.

«Рост рынка действительно наблюдался, — признает гендиректор «Объединенного ломбарда» Дмитрий Терентьев, — но вот порядок цифр у всех игроков разный». А глава компании «Ваш ломбард» и председатель Лиги ломбардов Михаил Унксов считает, что озвученные ЦБ цифры примерно соответствуют действительности с теми или иными оговорками. По его словам, рост рынка оказался даже выше, чем рассчитывали владельцы ломбардов.

Особенно бурно этот сегмент рос в конце 2008-го — начале 2009 года. В одних компаниях прошли масштабные сокращения штатов, в других сотрудникам задерживали или снижали зарплаты, кого-то отправляли в неоплачиваемые отпуска. Разумеется, клиентов у ломбардов в такой ситуации прибавилось.

Дмитрий Терентьев отмечает, что в начальной фазе кризиса в ломбарды обращались даже те, кто прежде никогда не прибегал к такого рода услугам.

— Ничего удивительного, — говорит директор часового ломбарда «Новое время» Людмила Севцова. — В кризис банки значительно сократили объемы кредитования и ужесточили требования к заемщикам, одновременно увеличивая ставки как для физических, так и для юридических лиц. В 2009 году наблюдалась частичная остановка производств на ряде предприятий, сокращение занятости, снижение заработной платы во многих отраслях. При этом в предыдущий, более благоприятный период 2006–2008 годов население получило в банковском секторе большое количество как потребительских, так и ипотечных кредитов, по которым пришла пора расплачиваться. Ломбарды стали для многих решением возникших финансовых проблем, позволив каким-то образом «прокрутиться» в самый трудный момент.

По сути, ломбарды приняли на себя функции по микрокредитованию населения и малого бизнеса. И, надо сказать, преуспели на этом поприще. Правда, о серьезной конкуренции с банками говорить не приходится. «Банки начинают возвращаться на рынок розничного кредитования, предлагая клиентам новые интересные условия», — говорит директор департамента продуктов и технологий Промсвязьбанка Татьяна Белозерова.

«Ломбарды и потребительские кооперативы нельзя считать прямыми конкурентами банкам, так как их целевые аудитории практически не пересекаются, — подтверждает собеседник «Бизнес-журнала» в одном из западных банков. — Процентные ставки по потребительским кредитам различаются в два раза, как и степень жесткости остальных требований к заемщикам. Поэтому для каждой из рыночных ниш, безусловно, найдется свой клиент, и маловероятно, что они будут оказывать друг на друга серьезное влияние».

Строго говоря, условия ломбардного кредитования нельзя назвать сверхвыгодными для потребителей. По оценкам Центробанка, средние ставки в ломбардах составляют 25% в месяц. Впрочем, сами игроки рынка дают более умеренные оценки. «В начале и острой фазе кризиса мы немного подняли ставки, и они составляли 14,7% в месяц, но еще в прошлом году мы вернулись на уровень 12%», — уверяет Дмитрий Терентьев. Михаил Унксов говорит, что «Ваш ломбард» ставки в кризис не поднимал, да и теперь не собирается этого делать. А сеть ломбардов «Столичный», аффилированная с «Объединенным ломбардом», решила привлечь клиентов как раз невысокими процентными ставками, снизив их до 5%. «Таким образом ломбарду удалось приблизить свои ставки по кредитам к банковским и получить большое количество новых клиентов, — поясняет логику ценообразования Дмитрий Терентьев. — Кроме того, благодаря такой политике удается привлекать клиентов из других несетевых ломбардов, которые не могут позволить себе давать деньги по подобным ставкам». Кстати, в Европе средние ставки по ломбардным кредитам также составляют 4–5% в месяц (рентабельности приходится добиваться благодаря объемам).

С другой стороны, кризис принес хозяевам ломбардов и дополнительные хлопоты: многие клиенты и не собирались выкупать заложенное. «Связано это даже не с тем, что у населения совсем не было денег на выкуп, — поясняет Дмитрий Терентьев. — Скорее, можно говорить о произошедшей переоценке ценностей, которая случилась в кризис. Люди поняли, что обладание некоторыми вещами сейчас менее необходимо, чем финансовая стабильность домохозяйств». В итоге, по оценкам Терентьева, процент отказа от своевременного выкупа вырос с прежних 10% до 20%, а в некоторых ломбардах достигает и более высоких значений. Сегодня эта цифра снижается, но до прежних показателей еще далеко.

«Рост числа невыкупленных залогов — не очень хорошая новость для ломбардов, потому что суть их деятельности не в обретении предмета залога невыкупленного, а именно в ускорении оборота предмета залога», — говорит депутат Госдумы РФ Константин Шипунов. Согласна с ним и Людмила Севцова из часового ломбарда «Новое время»: из-за повышенного спроса на займы и роста доли заемщиков, не выкупающих свои вещи, нарушился баланс. Ломбарды все чаще вынуждены были пытаться продавать залоги. А на «низком» рынке это не самое простое занятие. Так что условия кредитования (уровень ликвидности залогов) стали более жесткими и в ломбардах.

Легче всех преодолели кризисную сумятицу «золотые» ломбарды. В прошлом году цены на золото существенно выросли, что позволило специализированным игрокам заработать еще и на курсовой разнице. «Спрос на золото только рос, поэтому проблем с реализацией невыкупленных залогов у нас не было», — признает Дмитрий Терентьев.

Год повышенной конкуренции

Чего ждут владельцы ломбардов в 2010 году? Считается, что «дно» кризиса пройдено, а значит, острой и массовой потребности в кредитах на любых условиях больше не усматривается. Да и банки решительно опускают задранную было планку.

«Финансовое положение населения стабилизируется, что означает для банков увеличение количества платежеспособных клиентов и позволяет расширять клиентский сегмент кредитования, разрабатывая более лояльные условия кредитования, в том числе требования к заемщикам», — поясняет Татьяна Белозерова из Промсвязьбанка.

Чем ответят ломбарды?

«Конечно, такого роста, как в 2009 году, мы не ожидаем, — говорит Михаил Унксов. — Однако падения рынка также не случится, поскольку потребность населения в наших услугах по-прежнему сохраняется».

Согласен с таким прогнозом и Дмитрий Терентьев: «Прежде у многих было предвзятое отношение к ломбардам. Однако за время кризиса образ тесной каморки, где ростовщики дорого предлагают «деньги последней надежды», изменился. К нам пришли новые клиенты, которые увидели: ломбарды — вполне цивилизованный приличный бизнес».

А вот конкуренция между ломбардами будет расти. Что, кстати говоря, только на руку потребителям таких услуг.

— Ломбарды, сумевшие доказать свой профессионализм и добропорядочность, в целом могут рассчитывать на устойчивые позиции как в кризисное, так и в экономически стабильное время, — резюмирует Людмила Севцова.

Впрочем, есть и другой прогноз: вскоре более 90% всех российских ломбардов может попросту прекратить свое существование.

Надежда умирает последней

Всего в России работает около пяти тысяч ломбардов. Среди них встречаются крупные сетевые игроки, но основную массу составляют небольшие фирмы. Общий объем рынка Дмитрий Терентьев оценивает в 1 млрд долларов ежегодно. Но не следует строить иллюзий. Этот показатель свидетельствует лишь о высокой оборачиваемости денег, а не о богатстве владельцев ломбардов. Однако для российских депутатов и чиновников такие рассуждения слишком сложны. Возможно, именно поэтому в стенах Госдумы уже обсуждаются поправки в закон «О ломбардах», принятия которых участники рынка ждут с нескрываемым унынием.

О чем речь? В соответствии с законопроектом «О внесении изменения в статью 2 федерального закона «О ломбардах», минимальный уставной капитал такой организации должен составлять не менее 50 миллионов рублей, а занимаемая площадь — от 50 кв. м. Такие требования объясняются тем, что уставной капитал 90% российских ломбардов составляет 10 тысяч рублей, что, по версии идеологов поправок, не защищает потребителей от возможного мошенничества.

— Ограничение по площади нужно ввести для того, чтобы потребитель был уверен: его залоговые вещи будут храниться надлежащим образом, — поясняет один из авторов законопроекта, депутат Константин Шипунов, — а ограничение размера уставного капитала позволит очистить рынок от недобросовестных предпринимателей.

В конце мая в поддержку законопроекта высказались и представители правительства. «Минфин поддерживает ужесточение требований к ломбардам, в частности введение требований к уставному капиталу — не менее 50 млн рублей», — заявил на Международном банковском конгрессе в Петербурге замминистра финансов РФ Алексей Саватюгин. По его словам, в действующем законодательстве для ломбардов не предусмотрены ограничения по уставному капиталу, что создает почву для мошеннических операций на рынке. «Мы считаем ломбарды финансовыми организациями, поэтому в определенной степени поддерживаем этот законопроект, хотя он и не правительственный», — резюмировал чиновник Минфина.

Участники рынка, разумеется, категорически не согласны с данным утверждением. «Единицы ломбардов смогут позволить себе соответствовать новым правилам, — говорит Михаил Унксов (Лига ломбардов). — А главное, совершенно непонятно, каким образом большой уставной капитал может защитить клиентов ломбардов». По мнению Унксова, этот закон — результат лоббистской деятельности ювелирных сетей, имеющих интересы на рынке ломбардов, а значит, направлен на вытеснение с рынка действующих игроков — и в первую очередь мелких: «Они считают, что ломбарды — это тот бизнес, где можно воткнуть палку, и на ее месте вырастет денежное дерево. Но это не так. В итоге после принятия таких поправок владельцы законопослушных ломбардов вынуждены будут свернуть свой бизнес, а новые монополисты будут диктовать свои условия». Унксов уверен, что у большинства владельцев ломбардов 50 млн рублей попросту нет, а те, у кого такие суммы имеются, предпочтут инвестировать их в более доходные сектора рынка.

— Этот закон, если он будет принят, окажется губительным для 99% российских ломбардов; наше сообщество выступает категорически против его принятия, — возмущается Дмитрий Терентьев («Объединенный ломбард»). Правда, Терентьев не связывает появление законопроекта с лоббистскими интересами. Скорее всего, законодатели в очередной раз попали в ловушку распространенного заблуждения: «Чем больше уставной капитал, тем надежнее бизнес».

Ежемесячный доход среднего ломбарда составляет не более 400 тысяч рублей, говорится в письме Лиги ломбардов, адресованном авторам поправок. Поэтому сумма в 50 млн окажется для большинства ломбардов попросту непосильной, а оставшиеся единичные игроки будут диктовать монопольные условия на рынке. «Уставной капитал в размере 50 млн руб. «вычистит» ломбардный рынок ото всех ломбардов, в том числе и от много лет работающих законопослушно, устойчиво и цивилизованно, — пишут представители Лиги ломбардов депутатам. — Редкое исключение: две–три ломбардные сети, насчитывающие не менее 20 ломбардов. Вот они-то и разовьются после этой чистки. Конкуренции не будет, так как освободят тысячи ломбардов по всей стране. Очевидно, такая административная «зачистка» именно для этого и предназначена, а не для оптимизации и улучшения ломбардного рынка».

Резолюцию профессионального сообщества поддержала и Антимонопольная служба. По мнению представителей ведомства, установление ограничения приведет к «схлопыванию» ломбардного рынка.

«Размер уставного капитала организации не является индикатором ее финансовой устойчивости, а отражает лишь объем собственных средств, — отмечают в своем заключении на готовящиеся поправки специалисты ФАС. — Поэтому принятие законопроекта в предложенной редакции создаст препятствия для доступа на рынок, а также приведет к закрытию значительного числа ломбардов и сделает недоступной для граждан услугу краткосрочных займов, что противоречит задаче государства по развитию институтов микрофинансирования и поддержке малого предпринимательства».

ФАС рекомендует депутатам воздержаться от принятия поправок или пересмотреть их. Константин Шипунов обещает, что законодатели обязательно будут учитывать мнение игроков рынка при принятии окончательной редакции закона, а внесенная версия не окончательная.

— Наша отрасль, — говорит Дмитрий Терентьев, — полезная и важная для общества. По нашим расчетам, около 20% всех российских семей хоть раз в жизни пользовались услугами ломбардов. Поэтому мы надеемся, что эти поправки приняты не будут.

 В лучший исход верит и Михаил Унксов. «Когда увеличивали уставной капитал для букмекерских контор, это можно было понять, — говорит он. — Все-таки букмекерский бизнес — развлекательный. А наш — социальный и жизненно необходимый». Если же закон будет принят, то большинство ломбардов уйдет в подполье, полагает Унксов: «Вы даже не представляете, сколько способов и обходных путей можно будет придумать. Вот только пострадает от этого в первую очередь потребитель. Поэтому-то мы и надеемся на адекватность депутатов и чиновников».

— Если речь идет о масштабном политическом заказе и мощном лобби, стоящем за внесением таких поправок, то, скорее всего, законопроект будет принят в существующем виде, если только против его принятия не выступят более мощные политические силы, — резюмирует директор сети из трех небольших ломбардов, работающих в Москве. — Если же это просто ошибка, допущенная в силу непонимания депутатами специфики этого рынка, то, очевидно, требования к ломбардам будут смягчены. Профессиональное сообщество уже все разъяснило и показало на пальцах. Теперь нам остается лишь ждать окончательного решения и… надеяться на лучшее.

Разумеется, «социальная» составляющая бизнеса ломбардов, на которой настаивают представители этого рынка, — тезис спорный. Однако это не отменяет вопроса о том, долго ли еще в России процесс регулирования рынков «сверху» будет напоминать хорошо знакомые командно-административные методы.