Сергей Мазин строит бизнес на песке

Можно ли выстроить масштабируемый бизнес на таком, казалось бы, «зыбком» бизнес-формате, как обучающие и развивающие студии по рисованию песком? У супругов Сергея и Татьяны Мазиных, основателей проекта SandPro, это получилось. Сейчас их сеть насчитывает 19 студий: семь собственных, остальные — по франчайзингу. Три работают за рубежом — в Казахстане и Армении, так что проект вполне можно называть международным. Месячный оборот по сети достигает 20 млн рублей.

Сергей Мазин считает, что у песка огромный потенциал. «Песочницу придумали не мы, но именно нам удалось использовать возможности взаимодействия с песком наиболее эффективно», — заявляет предприниматель. Взаимодействие, на первый взгляд, довольно простое: взрослые и дети учатся создавать картины из песка, релаксируют и получают заряд энергии от этого природного материала. Не все же могут позволить себе поваляться среди зимы на заграничных солнечных пляжах.

Собственно художественное течение Sandart («искусство песка») по меркам мира искусства совсем юное, зародилось в Европе лет сорок назад. Творческий процесс у SandPro устроен следующим образом. Песок тонким слоем наносится на подсвеченную поверхность специального стола, и художник пальцами создает из него мимолетные картины. Рядом со столом на штативе расположена видеокамера. Песчаные изображения и сам процесс их создания в реальном времени передаются на экран с помощью проектора. На основе рисования песком развивается и направление «песочной анимации», когда картины из песка постоянно сменяют друг друга и выстраиваются в полноценный мультфильм. В России это искусство стало известным лишь в последнее десятилетие.

Сергей и Татьяна Мазины «песочной» темой заинтересовались в начале 2000-х. «Среди наших знакомых был художник, рисовавший в этом стиле», — говорит Сергей. Супруги работали в то время в сферах, далеких от творчества. Сергей занимался развитием бизнес-проектов в крупной инвесткомпании, Татьяна трудилась в фирме, оказывавшей образовательные услуги. Рисование песком сперва стало для них увлечением, а потом появилась идея открыть арт-студию. «Сначала это был просто эмоциональный порыв, стройного бизнес-плана у нас не было», — признается Сергей.

Первую студию организовали в Москве в очень престижном месте — на Новом Арбате, — арендовав помещение у знакомых. Бизнес потребовал небольших вложений, максимум 500 тысяч рублей на оборудование и ремонт. Многие вещи, в том числе столы для рисования, Сергей смастерил своими руками.

Потом начались эксперименты с форматом обучения. Поначалу студия работала по системе разовых занятий, однако это была неудачная модель, поскольку многие клиенты ограничивались одним-единственным визитом. «Хотелось привязать их к себе, чтобы человек не просто пришел, поводил пальцем по песку и ушел, но и развивался вместе с нами», — поясняет Сергей Мазин. Тогда предприниматели решили «зарыться в песок» как можно глубже — объединить психологию и рисование и разработать многоступенчатые обу­чающие программы для детей и взрослых.

Песок против стресса

К 2005 году формат студии окончательно сложился. Мазины разработали специальные программы детской «песочной терапии». Занятия стали проводить в форме «сказок» — малыши рисуют песком сказочных персонажей, при этом иногда придумывают сюжеты сами. Психологи центра утверждают, что работа с песком помогает детям развивать образное мышление, мелкую моторику рук, творческий потенциал. Сергей Мазин особенно гордится тем, что программы студии ориентированы не только на обучение рисованию, но и на развитие эмоциональной сферы детей.

— Мы видим, как влияют на них игры с песком, — рассказывает Сергей. — К нам приходили дети, которые не разговаривали, и через месяц они начинали говорить! К сожалению, сейчас много детей с психологическими проблемами. В нашей студии они мягко корректируются. Хотя мы, конечно, не ставим никаких диагнозов, у нас ведь не лечебное учреждение.

В комнатах для занятий звучит ненавязчивая фоновая музыка, люди возятся с песком в приятном полумраке. Взрослым студия предлагает два курса — статический и динамический (песочная анимация) рисунок песком. Есть также занятия для родителей с детьми, отдельная программа для беременных. Для взрослых работа с песком — это прежде всего расслабляющая, медитативная практика. «Песок помогает «заземлять» негативные эмоции, — уверяет Мазин. — Людям достаточно часок повозиться с ним, чтобы они ушли отсюда довольные. У многих даже цели такой не стоит — научиться рисовать». Наиболее продвинутые поклонники песка могут в рамках спецкурса создать песчаную мандалу (мозаичный рисунок в форме круга). Считается, что подобные манипуляции выравнивают эмоциональное состояние и вскрывают внутренние источники энергии. Кстати, в период кризиса предприимчивые авторы проекта SandPRO продвигали антикризисные программы «песчаных медитаций» для замученных рабочими стрессами менеджеров.

Рисование песком — основание студийного бизнеса, которое дополняется творческими мастерскими (гончарный круг, конструирование из картона, ваяние), курсами обучения классическому изобразительному искусству. «Мы берем все оригинальные вещи, которые можно уложить в наш формат», — говорит основатель SandPro.

Люди песка

Бизнес на песке постепенно «засасывал», и Сергей с Татьяной покинули прежние места работы, отдавшись проекту целиком. К 2008 году концепция студий обкаталась настолько, что предприниматели стали продавать франшизу. Стоимость франчайзингового предложения SandPRO составляет около миллиона рублей. На оборудование студии (видеокамеры, проектор, штативы, ремонт в помещении) требуется, по расчетам Мазина, минимум 300–400 тысяч рублей, остальное приходится на «концептуальный пакет», который SandPro предоставляет партнерам. В него входят обучающие программы, руководства по ведению бизнеса, оформлению студии, образцы рекламной продукции, шесть единиц специфического оборудования — столов для рисования. Мазины помогают партнерам и в обучении персонала студий. Понятно ведь, что найти на рынке «готовых» специалистов сложно, равно как и психологов, хотя бы приблизительно знакомых с этой тематикой. Художник с классическим образованием способен научиться базовым принципам работы с песком за неделю, говорит Мазин, но только если у него есть к этому природная склонность. По его словам, вокруг проекта само собой складывается сообщество людей, которые «в теме». Художники, почувствовавшие интерес к песку как материалу, приходят сами. А некоторых психологов даже удается научить рисовать, так что они становятся «универсалами». «Нужные люди находятся сразу. К нам вот пришел один парень, афророссиянин, он раздает наши листовки на Арбате почти за символическую плату, ему это в кайф», — смеется Мазин.

Песчаный бизнес требует особого подхода и со стороны самих предпринимателей. В первую очередь их должна заинтересовать идея, а уже вторым посылом будет желание заработать. Впрочем, есть подозрение, что нацеленные только на деньги люди бизнесом на песке и не заинтересуются. Идеальный образчик франчайзи SandPRO, замечает Мазин, — это супружеский «дуэт», в котором один участник исполняет творческую партию, а другой — «бизнесовую».

Получать устойчивый доход на песке вполне можно, настаивает предприниматель. Московские студии приносят ему 300 тысяч рублей чистой прибыли в месяц каждая — при обороте примерно от 850 тысяч до миллиона рублей. Основные расходы — аренда и зарплата персоналу. Расходные материалы — большей частью кварцевый песок. Примерно 70% дохода обеспечивают занятия с детьми. Обучение проводится по абонементной системе при стоимости в 6 тысяч рублей за восемь часовых занятий. Взрослым предлагаются трехмесячные курсы рисования песком стоимостью 18 тысяч рублей. Региональные студии, естественно, устанавливают более скромные расценки.

Местоположение студии, как ни странно, отнюдь не ключевой фактор успеха, главное — клиентская база. Например, в Москве спрос на обучение рисованию песком оказался высоким и в спальных районах. «В нашу студию в Марьино люди просто ломятся. В спальных районах очень много детей, которым попросту некуда деться», — говорит Мазин.

Вне зависимости от места дислокации студии клиентскую базу нужно «нарабатывать», а не сидеть, сложа руки. Механизм простой: расклейка рекламных объявлений на столбах и подъездах, раздача листовок, затем организация праздника «открытых дверей», куда приходят обычно 100–200 человек. Непременно явится и телевидение, обеспечив бесплатную рекламу: телевизионщики на такие сюжеты падки.

По словам Мазина, точки безубыточности студия достигает при продаже 25 абонементов. В среднем на первый-второй месяц студии выходят на самоокупаемость, а с третьего уже приносят небольшую прибыль. С этого момента франчайзи, по условиям договора, начинают ежемесячно отчислять головной компании роялти в размере 10 тысяч рублей. «Мы решили, что эта сумма и подъемная для всех, и морально не будет давить, и нам будет приятно», — объясняют в SandPro. «Отбить» вложенные в проект средства франчайзи смогут в срок от 8 месяцев до года, обещает он.

Дополнительной и довольно весомой статьей дохода для студий под маркой SandPRO является проведение «песочных шоу» — представлений в форме песочной анимации. Песочная анимация востребована на корпоративных и городских праздниках, на свадьбах и вечеринках. Выступления художников SandPRO довольно дороги — от 50 тысяч рублей, а верхний предел цены для VIP-клиентов достигает 50 тысяч долларов. Работа художников того стоит, уверен Мазин, ведь они создают сюжетные «песочные фильмы», а не просто бессвязные картинки из песка. При этом «фильмы из песка» могут выступать в качестве своеобразной презентации товаров или услуг. SandPro делал такие «ролики» для Audi по случаю выхода новой модели авто, для HP, проводил песочное шоу из цветного песка для компании Garnier.

Патент на песок

Через несколько лет в России будет работать не менее сотни студий SandPRO, мечтает Сергей Мазин, емкость одной только Москвы — по меньшей мере 25 студий.

При этом «песочная ниша» все же не совсем свободна. Например, услуги по обучению песочному рисованию оказывает арт-студия SandyArt, созданная три года назад. Кроме того, рисование песком есть в программе некоторых детских образовательных учреждений. Так, в детском центре «Ого-Город» проводится программа-тренинг «Песчаный натюрморт» для детей от 4 лет. Что касается «песочных шоу», то такие услуги предлагает в столице множество художников-одиночек.

У Мазина в этой борьбе есть мощное оружие. В 2009 году он получил патент на оборудование для рисования песком — в частности, профессиональный стол со стеклянной поверхностью, на которой создаются картины, проецируемые затем на экран. «Мы уже начали несколько судебных процессов в отношении некоторых организаций, использующих запатентованное нами оборудование», — говорит Мазин. По его словам, речь идет не об отдельных учреждениях, которые обучают рисованию песком, а о связанных с песком направлениях деятельности в различных изостудиях.

Предприниматель признает, что столы для рисования эти организации могли «изобрести» и сами или просто увидеть где-то и скопировать, но раз они подпадают под описание имеющегося у него патента — значит, их использование незаконно: «В таких случаях нужно с нами как-то договариваться».

Мазин утверждает, что не столько хочет избавиться таким образом от конкурентов, сколько борется за то, чтобы искусство рисования песком не мешали с грязью, отчего весь рынок в итоге может «рассыпаться». «Многие занимаются песком как попало, чуть ли не в подвалах на коленке, дискредитируя тем самым все направление, — возмущается он. — Клиенты от них уходят недовольными, без настроения, не получая никакого эффекта. Зачем это нужно?» Получится ли у Мазиных «монополизировать» рынок рисования песком, пока непонятно, но одно можно сказать точно: в такой узкой нише в борьбе за клиента все законные средства хороши.